Как выглядел типичный военный корабль начала XVIII века? Капитан — абсолютный монарх, чья власть санкционирована короной. Матросы — бесправные «инструменты», которых порют за малейшую провинность, кормят тухлой солониной и держат на грани голодной смерти. Жалование задерживают месяцами, а если матроса вдруг ранят в бою — спишут на берег без гроша, обрекая на нищенство. А теперь перенесемся на пиратский бриг. Здесь капитана выбирают голосованием и могут сместить в любой момент, если тот проявит трусость, жестокость или некомпетентность. Добычу делят по строгим, заранее прописанным правилам. Если матрос потеряет ногу при абордаже — получит компенсацию в 600 испанских пиастров, сумму, сопоставимую с шестью годами заработка колониального рабочего. Эти деньги позволят не умереть в канаве, а открыть таверну или купить небольшое дело на берегу. Эта картина переворачивает с ног на голову наши устоявшиеся представления о пиратах как о банде кровожадных головорезов, не признающих никаких законов. На самом деле, как показывают исследования историков и экономистов, пиратские сообщества Золотого века (примерно 1650–1730 годы) представляли собой нечто гораздо более сложное и удивительное — своего рода первые системы демократии, в которых принципы равноправия, разделения властей и социальной защиты были реализованы задолго до того, как они стали достоянием «цивилизованных» государств. Побег в иную жизнь Чтобы понять, почему пиратская демократия вообще возникла, нужно ответить на вопрос: кто становился пиратом? Вопреки романтическим представлениям, это были не прирожденные злодеи, а в большинстве своем бывшие матросы торговых и военных судов, доведенные до отчаяния. На купеческих кораблях той эпохи царил форменный террор: капитаны, часто сами являвшиеся совладельцами груза, были заинтересованы в максимальной экономии на команде. Питание было отвратительным, медицинская помощь отсутствовала, а за малейшую провинность полагалась порка. Смертность среди матросов трансатлантических рейсов была чудовищной. Пиратство для многих стало не моральным падением, а побегом из ада в неизвестность, которая давала хотя бы шанс на справедливость. Человек право имеющий Центральным элементом пиратского самоуправления был документ, который сами пираты называли «Статьями соглашения», а современные исследователи часто именуют пиратскими конституциями. Это был настоящий письменный договор, который каждый член команды подписывал (или ставил крестик) перед выходом в море. В нем детально прописывались права, обязанности, механизмы принятия решений и санкции за их нарушение. До нас дошли несколько таких «конституций», но самой знаменитой и подробной считается кодекс валлийского капитана Бартоломью Робертса, известного как Черный Барт, — самого успешного пирата Золотого века, захватившего более 400 кораблей всего за два с половиной года. Его кодекс, датированный 1721 годом, представляет собой поразительный документ. Первая же статья гласит: «Каждый человек имеет равный голос в важных делах. Он имеет равное право на свежую провизию и крепкие напитки, захваченные в любое время, и может употреблять их по своему усмотрению, если только нехватка не сделает необходимым, ради общего блага, проголосовать за ограничение». Вдумайтесь в эти слова! «Каждый человек имеет равный голос» — и это написано в эпоху, когда в Европе повсеместно господствовали абсолютные монархии, а имущественный ценз и сословные привилегии определяли политические права человека от рождения до смерти! Даже в Англии, которая считалась образцом парламентаризма, избирательное право имели не более 3–5% населения. На пиратском же бриге право голоса имел каждый — независимо от происхождения, цвета кожи и прошлых заслуг. Как все было устроено Пираты интуитивно нащупали то, что политическая философия сформулирует лишь столетия спустя: абсолютная власть развращает абсолютно. Поэтому они выстроили систему, при которой власть была рассредоточена и сбалансирована. Экономист Питер Лисон, посвятивший пиратской организации специальное исследование, назвал это «системой конституционной демократии». На пиратском корабле существовало два выборных лидера, чьи полномочия разделялись по функциональному принципу. Капитан обладал абсолютной властью только в бою — когда необходимы были единоначалие и быстрота решений. Во всех остальных ситуациях его авторитет был резко ограничен. Главным же администратором и блюстителем интересов команды выступал квартирмейстер — своего рода премьер-министр, избираемый экипажем. Именно квартирмейстер распределял добычу, следил за соблюдением кодекса, разрешал конфликты и мог наложить вето на решения капитана, касающиеся повседневной жизни корабля. Но главное — и капитан, и квартирмейстер были подотчетны команде и могли быть смещены в любой момент простым голосованием. Известен случай с капитаном Чарльзом Вейном: когда он отказался атаковать французский корабль, сочтя его слишком сильным, команда проголосовала за его смещение и высадила на необитаемый остров вместе с горсткой сторонников. А новым капитаном был избран его же квартирмейстер — Джек Рэкхем по прозвищу Ситцевый Джек. Эта история наглядно демонстрирует, что пиратская демократия была не формальностью, а реально работающим механизмом. Пиратская страховка Пожалуй, самым поразительным аспектом пиратского общественного устройства была система компенсаций за увечья — то, что сегодня мы назвали бы страхованием от производственных травм или социальным обеспечением. Идея о том, что работодатель (или сообщество) обязан компенсировать работнику ущерб, полученный при исполнении обязанностей, считается завоеванием индустриальной эпохи. В Германии, которая стала пионером в этой области, закон о страховании от несчастных случаев был принят лишь в 1884 году, а в США аналогичное законодательство появилось только в начале XX века. А вот пираты ввели эту практику как минимум на 150 лет раньше, причем тарифная сетка компенсаций была подробной и четкой. По разным сохранившимся кодексам, суммы несколько различались, но порядок цифр везде был сопоставим. Согласно кодексу Бартоломью Робертса: потеря правой руки — 600 пиастров, левой руки — 500, правой ноги — 500, левой ноги — 400, глаза или пальца — 100 пиастров. Чтобы оценить масштаб этих цифр, учтем, что недельный заработок колониального рабочего в Америке того времени составлял около двух пиастров. Таким образом, компенсация за потерю правой руки равнялась примерно 300 неделям заработка — без малого шестилетнему доходу! Свобода, равенство, братство Еще один аспект, поражающий воображение современного человека, — расовое и этническое многообразие пиратских экипажей. В эпоху, когда рабство было узаконенным и повсеместным институтом, а расовая сегрегация считалась само собой разумеющейся, пиратские корабли были одними из немногих мест, где чернокожие и белые жили и работали на равных. Исследования показывают, что в период с 1715 по 1725 год среди пиратов Карибского бассейна было значительное число чернокожих моряков — по некоторым оценкам, от 25 до 30% от общей численности. Большинство из них были беглыми рабами, нашедшими на пиратском судне свободу и равный статус. В пиратских «Статьях соглашения» раса не упоминалась как фактор, влияющий на права или долю в добыче, что само по себе было революционным для того времени. Почему демократия появилась именно там? Закономерный вопрос: почему эти передовые формы социальной организации возникли не в просвещенных столицах Европы, а на пиратских кораблях, среди преступников и изгоев? Ответ кроется в уникальном сочетании факторов. Во-первых, отсутствие внешней власти. В открытом море пираты были предоставлены сами себе. Они не могли апеллировать к государству, суду или полиции для разрешения конфликтов. Им нужно было создать работоспособную систему самоуправления — или погибнуть от внутренних распрей. Как метко заметил экономист Питер Лисон, «хотя пираты были преступниками, они испытывали ту же потребность в порядке, общественных благах и ограничении власти, что и легитимные общества». Во-вторых, природа их деятельности требовала одновременно жесткой дисциплины и высокого уровня мотивации. Пиратский корабль был предприятием с высокими рисками, где успех зависел от слаженности действий и личной инициативы каждого. Авторитарная модель с запуганным и демотивированным экипажем здесь была бы обречена на провал. Демократия и справедливое распределение добычи обеспечивали ту самую мотивацию, которая позволяла пиратам побеждать в абордажных схватках. В-третьих, добровольный характер сообщества. В пираты шли по собственному выбору, и удержать людей можно было только создав условия, которые они сочтут справедливыми. Никакой королевский указ не мог заставить матроса остаться на корабле, если его что-то не устраивало. Но не будем идеализировать. Было бы ошибкой изображать пиратское общество как утопию. Оно оставалось жестоким, насильственным и по своей сути преступным. Женщинам, как правило, был запрещен доступ на борт — и это еще относительно мягкая формулировка, потому что уличенных в проникновении под видом мужчины ждала смертная казнь. Сами пираты активно участвовали в работорговле: захваченных африканцев часто перепродавали, а рабы использовались для тяжелых работ на кораблях. Наказания за нарушение кодекса были суровыми: за воровство у товарищей отрезали уши и нос, за трусость в бою — смерть или марунинг (высадка на необитаемый остров с бутылкой воды и пистолетом с одним зарядом). Наследие черного флага Имела ли пиратская демократия прямое влияние на формирование демократических институтов в Европе и Америке? На этот счет среди историков нет консенсуса — нет документальных свидетельств, что отцы-основатели США штудировали пиратские кодексы при написании своей конституции (хотя некоторые параллели действительно поразительны). Однако вопрос влияния, возможно, стоит ставить иначе. Пиратский опыт был не столько прямым источником заимствований, сколько частью более широкого феномена, который антрополог Дэвид Гребер в своей посмертно опубликованной книге назвал «Пиратским Просвещением». По мысли Гребера, пиратские сообщества были периферийными очагами демократической мысли, которые возникали спонтанно, на стыке разных культур, в точках максимальной свободы от государственного контроля. Они не создали философских трактатов, подобных трудам Руссо или Монтескье, но они создали работающие модели самоуправления. Эпоха пиратской демократии была недолгой — к 1730-м годам британский флот методично истребил пиратские анклавы, а выживших пиратов вздернули на виселицах вдоль Темзы. Но память о том, что даже под черным флагом с черепом и костями возможны свобода, равенство и братство, продолжает жить — и, возможно, в этом и состоит главный урок пиратской истории. Попытаться построить общество на принципах справедливости можно всегда, для этого нужно просто оказаться в одной лодке (или на одном корабле).
Читайте также
Экстраверт? Интроверт? Амбиверт!
Они любят бывать в компании, но не прочь вечером посидеть дома с книжкой. Они не любят долго находиться в центре внимания, но охотно могут поддержать светскую беседу. Они — амбиверты. И возможно, среди нас их не так уж мало… Большинство психологических тестов на интроверсию/экстраверсию не столько помогают нам разобраться в себе, сколько предлагают занять одну из двух сторон. Даже если при ответе на вопросы мы постоянно колебались то в одну, то в другую сторону, в результате нас все равно причислят либо к «внешникам», либо к «внутренникам». Если нас отнесли к первым — понятно, мы любители веселья, активного отдыха, риска и быстрой смены деятельности. Если ко вторым — мы просто обязаны быть осторожными, самодостаточными и трудолюбивыми молчунами. Но что если наше самоощущение не вписывается ни в один из этих образов? В этом случае нас, скорее, можно отнести к амбивертам (от латинского ambi — «с обеих сторон») — людям, в которых в той или иной степени присутствуют черты обоих типов. А точнее — которые могут проявлять себя по-разному в зависимости от ситуации и окружения. Срединный путь Что позволяет нам назвать одного человека экстравертом, а другого — интровертом? Психолог Марти Лейни считает, что основное различие — в способе, которым мы восполняем энергию. Экстраверты подпитываются от общения с другими людьми и новых впечатлений, а интровертам для восстановления нужны покой, тишина и уединение. Но на самом деле это разделение очень условное, и многим из нас в той или иной степени бывает нужно и то, и другое. Еще сам Карл Густав Юнг, автор понятий «экстраверт» и «интроверт», подразумевал промежуточную позицию между ними В книге «Преимущества интровертов» Лейни предлагает говорить об экстравертности и интровертности как о двух концах единого энергетического континуума. Если уподобить его шкале цветовой температуры, где крайняя интровертность соответствует синему цвету, а экстравертность — красному, где-то посередине, среди оттенков желтого и зеленого, находятся те, кого можно назвать амбивертами. Сам Карл Густав Юнг, автор понятий «экстраверт» и «интроверт», подразумевал промежуточную позицию между ними. Человек, который относится к этой позиции, «испытывает влияние как снаружи, так и изнутри. Он составляет обширную среднюю группу, на одной стороне которой помещаются те, чьи мотивации определяются главным образом внешним объектом, а на другой те, чьи мотивации формируются изнутри». Кроме того, Юнг считал, что крайние установки отчасти сглаживаются по мере того, как мы адаптируемся к требованиям социума. Идеальные продавцы Ритм современного мира благоволит экстравертам. По крайней мере, мы привыкли так думать. Книги по мотивации и истории успеха чаще всего приводят в пример судьбу открытых, дерзких и харизматичных лидеров вроде Стива Джобса, основателя компании Apple. Однако далеко не всегда экспансивное поведение играет таким людям на руку. Психолог Дэниэл Пинк в последней книге «Продавать — естественно для нас» приводит данные опроса европейских и американских покупателей. Среди наиболее раздражающих черт в поведении продавцов большинство из них называли именно чрезмерную настойчивость, надоедливость и напористость. Психолог Адам Грант, профессор Пенсильванского университета, обнаружил, что в сфере продаж ярко выраженные экстраверты (как, впрочем, и их антиподы) в среднем показывают средний уровень достижений. Грант протестировал продавцов из компании, занимающейся программным обеспечением, присвоив им баллы по шкале экстраверсии-интроверсии (от 1 до 7, где 1 — сильные интроверты, а 7 — сильные экстраверты), а затем отслеживал их успехи на протяжении 3 месяцев. Интроверты справлялись хуже других — они зарабатывали в среднем по 120 долларов в час. Но и показатели экстравертов оказались лишь ненамного выше — 125 долларов в час. Лучше всех с работой справлялись те, кто получил от 3 до 5 баллов в тесте, — их выручка составила 155 долларов в час. У амбивертов больше шансов на успех благодаря способности соотносить свои действия с другими людьми и контекстом, в котором они находятся По мнению Гранта, ключевое качество, обеспечившее им успех, — «умение обращаться к разным поведенческим моделям», чтобы найти баланс между стремлением продать товар и желанием помочь покупателю сделать собственный выбор. Это описание очень близко к понятию «сонастроенности», которое Дэниел Пинк описывал как «способность соотносить свои действия и планы с другими людьми и с контекстом, в котором вы находитесь». Пинк считает, что именно сонастроенность позволяет нам эффективно доносить до других свои идеи и — в конечном счете — убеждает их поверить нам. Искусство баланса Итак, похоже, что именно амбиверты оказываются востребованы там, где необходимы гибкость и умение найти подход к людям. Их ключевая характеристика — стремление найти баланс между стимуляцией изнутри и извне. Главное для них не количество, а качество социальных связей. И именно это их самая сильная сторона. «Мне кажется, мы слишком много заботимся о том, как бы затянуть в свои «сети» побольше людей, — считает психолог Сьюзан Кейн. — Но даже относительно небольшая сеть прочных контактов порой может оказаться полезнее, чем самая объемная картотека». Главное для амбивертов, по ее мнению, — осознать лимит своих возможностей и не пытаться игнорировать свою потребность в перезарядке. «Если вы постоянно демонстрируете экстраверсию в общении с другими, они начинают ждать от вас такого поведения в любое время, — продолжает Кейн. — Амбиверсия — это большой дар. Важно знать, какой темп функционирования лучше всего вам подходит, и строить свою жизнь как чередование периодов активности и восстановления в спокойной обстановке. В общении с другими людьми не следует бояться обозначить границы. Вы можете сказать, например: «Сейчас мне нужно сосредоточиться и побыть одной, но я буду рада увидеться с тобой за завтраком и продолжить разговор». Источник: Psychologies
Учимся выглядеть уверенно
Не сутулься Большинство современных парней любят сутулиться. Тебе не зря родители говорили не сутулиться и держать спину ровно. Это может быть трудно, но когда-то надо начинать. Сидя, стоя и при ходьбе держи спину ровно. Возьми за привычку отводить плечи назад и не стеснять свою грудную клетку. Ты будешь удивлён, как отлично будешь выглядеть со стороны. Направление взгляда Не смотри под ноги — это признак неуверенного человека. Разговаривая с человеком, не отводи взгляд в сторону или вниз. Смотри на собеседника. Примерно в зону между глазами и ртом. Не суетись Большинство людей склонны поддаваться небольшой панике и начинать суетиться. Человек не стоит на месте, дергается, активно жестикулирует, покачивает рукой или ногой. Любая вибрация или перемещение выглядит паникой. Такая нервозность сразу видна, а человек выглядит нелепо и смешно. Крепкое рукопожатие Нет ничего противнее, чем здороваться с вялой и хилой рукой. По силе рукопожатия судят о твердости характера. Протягивай ладошку перпендикулярно полу, а не ладошкой вверх (просящий) или вниз (покровительствующий). Пожимай руку крепко и уверенно, но не переусердствуй. Следи за речью Сохраняй размерную речь и следи за дикцией. Не торопись, не глотай слова, не переходи на высокие ноты. В голосе должна звучать уверенность, твердость и характер. Внешний вид Неухоженность и неаккуратность может провернуть плохую шутку. Если ты плохо выглядишь, неопрятен, плохо одет, то о какой уверенности может идти речь? Презентабельный вид делает образ мужчины и позволяет чувствовать себя в своей тарелке. Соблюдая эти нехитрые правила, ты будешь выглядеть уверенно и твердо, как герои крутых боевиков.
Я в глазах твоих утону, можно?
Я в глазах твоих утону, можно? Ведь в глазах твоих утонуть — счастье. Подойду и скажу: "Здравствуй, Я люблю тебя". Это сложно... Нет, не сложно, а трудно Очень трудно любить, веришь? Подойду я к обрыву крутому Стану падать, поймать успеешь? Ну а если уеду — напишешь? Я хочу быть с тобой долго Очень долго… Всю жизнь, понимаешь? Я ответа боюсь, знаешь.... Ты ответь мне, но только молча, Ты глазами ответь, любишь? Если да, то тогда обещаю Что ты самым счастливым будешь Если нет, то тебя умоляю Не кори своим взглядом , Не тяни своим взглядом в омут Пусть другую ты любишь, ладно… А меня хоть немного помнишь? Я любить тебя буду, можно? Даже если нельзя, буду! И всегда я приду на помощь Если будет тебе трудно! Роберт Рождественский
Негативный тип поведения, который разрушает большинство браков
Наши жизненные планы всегда очень тесно связаны с окружающими людьми, их чувствами, мыслями и поступками. Мы стараемся предугадать действия своих родных и близких, ждем от них какого-то определенного поведения. Но ожидания не всегда оправдываются — и тогда наступает неминуемое разочарование. А между тем, завышенные ожидания, завышенные требования к партнёру являются одним из опаснейших типов поведения и нередко способствуют разрушению отношений. *** Как-то раз мой муж уехал по делам на пару недель в другой город. Тогда мы жили недалеко от пляжа, и я любила гулять по вечерам вдоль берега, наслаждаясь закатом и шумом океана. В тот вечер я была в прекрасном настроении: пляж был полон счастливых семей, жизнь казалась такой замечательной — все было идеально. Я позвонила своему мужу, чтобы немного поговорить и поделиться своими чувствами, но оказалось, что он был расстроен и подавлен из-за своей работы, которая больше не приносила ему удовольствия. Я восприняла это очень близко к сердцу и тут же похолодела: как он может так рассуждать, когда на нем столько обязательств? Зачем он портит мой идеальный летний вечер? Но спустя всего 10 минут я будто бы прозрела: он ничего не разрушал. Дело было во мне: я ожидала, что он будет в таком же прекрасном настроении. Я расстроилась потому, что он повел себя вовсе не так, как я того хотела. Или вот какой еще был случай: однажды после встречи со своей приятельницей я отправила ей сообщение и поделилась своими эмоциями по поводу того, что была очень рада с ней увидеться и что мы здорово пообщались. Конечно же, я ожидала получить скорейший взаимный ответ. Это смешно, но следующие сутки я была действительно огорчена ее молчанием, мне казалось, что она игнорирует меня и вовсе не хочет общаться. В конечном счете, она ответила мне очень искренним взаимным сообщением — а задержала свой ответ просто потому, что она занятой человек и не реагирует на уведомления мгновенно. И ведь все это я прекрасно знала, но снова попала в такую же ситуацию: придумала поведение для другого человека, а когда не увидела его, сама же и расстроилась. Надеяться на результат, которого вы заслуживаете — это одно, а пытаться форсировать события и добавлять негативных мыслей и эмоций в какой-то ситуации — это совсем другое. Вы не можете предвидеть и контролировать то, как думают, чувствуют, реагируют другие люди. И если от реакции других людей зависит уровень вашего счастья, уверенности в себе или в своих действиях, то таким образом вы заранее настраиваете себя на многочисленные переживания. Вот несколько способов, которые помогут перестать строить ложные ожидания и не расстраиваться, если что-то пойдет не по вашему плану: 1. Перестать ожидать от других людей такого поведения, какое хотелось бы от них получить Вместо этого попробуйте стать более открытым с окружающими, будьте готовы к возможным реакциям на разные ситуации. Если бы в тот прекрасный летний вечер я открыла свой разум и сердце для мужа без каких-либо предвзятых ожиданий, то вечер так и остался бы славным, да и настроение моего супруга было бы куда лучше. 2. Начать строить собственное счастье и уверенность в себе на основе собственных мыслей и убеждений Если кто-то делает нечто неожиданное и мы разочаровываемся, так только потому, что у нас есть представление, как на самом деле человек должен был это сделать. Например, вы считаете, что ваш сын должен получать высокие оценки, но, когда он приносит домой двойки и тройки, вы чувствуете гнев и вину. Когда вы перестаете верить, что оценки вашего сына являются отражением вас как родителя, и начинаете верить, что действительно делаете для него все самое лучшее, то чувство вины отпустит и страдания прекратятся. 3. Чувствовать настоящий момент времени так часто, как только возможно Не горячитесь и хорошенько подумайте в тот момент, когда, как вам кажется, кто-то вновь не оправдал ваших ожиданий. За какие-то доли секунды возникает множество теорий, версий и догадок, одна страшнее другой — остановитесь в этот момент, не придумывайте лишнего. Задумайтесь и оцените ситуацию как бы со стороны: не продолжаете ли вы цепляться за свои ожидания и «накручивать» их на чье-то поведение? Нельзя получить взаимопонимание и поддержку, если только и делать, что ждать, пока кто-то другой их предоставит. Единственный способ — перестать думать о том, что должны и чего не должны делать ваши близкие, и позволить себе создать свое собственное счастье.
Слово есть, ума не надо
По мысли сторонников гипотезы Сепира — Уорфа, носители различных языков по-разному видят мир. Для англичан, например, снег — это всегда только снег (snow), эскимосы же выделяют несколько видов снега в зависимости от его происхождения или свойств. Индейцы пираха, в языке которых нет числительных, неспособны пересчитать камешки даже в небольшой кучке. О любых предметах они могут сказать только много их или мало. Гипотеза лингвистической относительности насчитывает почти 100 лет, однако до сих пор ни подтверждена, ни опровергнута. Верно ли, что мышление человека зависит от языка, на котором он говорит? Недавно на сайте New York Times Magazine разразился скандал. Скандалами сейчас никого не удивишь, но тут были по крайней мере две странности. Во-первых, скандалили ученые (впрочем, такое иногда случается). Во-вторых, скандалили популяризаторы науки, причем борьба шла за приоритет в популяризации одной фундаментальной для гуманитарных наук гипотезы, связывающей язык и мышление. Поводом для скандала послужила публикация в New York Times статьи израильского лингвиста Гая Дойчера о том, что язык определяет восприятие мира. Статья Дойчера, написанная легко и информативно, моментально стала одной из самых обсуждаемых на сайте газеты. Но вскоре автора обвинили в плагиате. Речь шла о двух популярных статьях когнитивного психолога Леры Бородицки из Стэнфорда, одна из которых была опубликована в Wall Street Journal. Причем Бородицки сама прислала письмо в редакцию, упрекая Дойчера в «неприемлемом количестве заимствований» из ее работ, а по существу — в отсутствии ссылок на них. Формально итог скандалу подвел общественный редактор New York Times Артур Брисбейн. Опираясь на мнения нескольких специалистов, он сделал следующий вывод: оба автора — и Дойчер, и Бородицки — приводят примеры из наиболее разработанных областей исследования связи языка и мышления (пространство, время, гендер), которые нельзя не упомянуть, если ты пишешь на эти темы. Эта история интересна прежде всего потому, что она свидетельствует о необычайном подъеме когнитивных исследований, в фокусе внимания которых как раз и находятся язык и мышление. Если бы эта тема имела узкоспециальный интерес, не было бы шумного спора, не было бы общественного резонанса, в общем, никто бы и не обратил внимания на двух ученых. Легенда об эскимосах Разговор об этой проблеме невозможен без хотя бы краткого взгляда назад, в XX век. Она восходит к гипотезе лингвистической относительности, автором которой считается американский лингвист Бенджамин Ли Уорф, фигура очень яркая и противоречивая. Не раз его разоблачали, объявляли чуть ли не шарлатаном, а саму гипотезу обманом, но это не помешало ему войти в историю науки и занять там вполне почетное место. В общем, к научным и околонаучным скандалам ни самой гипотезе, ни ее уже давно покойному автору не привыкать, так что последний — «популяризаторский» — стал своего рода венцом ее непростой жизни и доказал ее актуальность. Гипотеза лингвистической относительности фундаментальна и потому чрезвычайно проста. Она утверждает, что язык определяет мышление и способ познания. И действительно: есть какое-то количество расхожих примеров, как будто бы подтверждающих это. Один из самых известных приписывается Уорфу. В английском есть одно слово для обозначения снега — snow, а в эскимосском языке их целых 100, и ни одно из них в точности не равно английскому, поскольку обозначают они всевозможные разновидности снега. Пример, конечно же, производит впечатление. Англичане (или американцы) говорят о снеге, видят снег, думают о нем. А эскимосы снега не видят. Вместо него они различают совершенно разные объекты, называемые разными словами: снег, лежащий на земле; снег, падающий с неба; снег подтаявший , ну и так далее. Таким образом, эскимосы и англичане имеют совершенно разные картины мира, и эти картины определяются их языками. Пример со снегом настолько популярен, что статья о нем даже появилась в английской «Википедии». Сразу после названия — Eskimo words for snow («Эскимосские слова для снега») — дается определение: «известная городская легенда». Действительно, здесь удивительным образом все неправда. И в английском существует несколько слов для обозначения снега, и в эскимосском их совсем даже не 100. Да и само выражение «эскимосский язык» не очень точно, поскольку речь идет о целой группе языков. Ну и самое главное: Уорф такого не говорил. Точнее, он говорил о семи названиях снега, но по мере распространения примера это количество росло, пока в 1984 году в статье в New York Times (снова это же издание) не было названо магическое число 100. Казалось бы, при чем здесь Уорф? Ни при чем. Но, как говорится, неприятный осадок остался. Впрочем, значительно более неприятным для его научной репутации оказался другой удар. Одним из краеугольных камней в основании гипотезы стала работа Уорфа по сравнению способов выражения времени в языке индейцев хопи и европейских языках. Уорф утверждал, что в хопи нет слов со значением периода времени, как во всех широко известных языках — от английского до русского. Более того, Уорф показал, что и понимание времени, и отношение к нему в европейской и индейской цивилизации совершенно различно. Категория времени стала после этого исследования одним из основных примеров, приводимых в поддержку гипотезы. И вот через 30 лет после смерти Уорфа, в 1983 году, в Америке выходит книга, посвященная времени в языке хопи, где все основные постулаты Уорфа опровергаются. Его научная добросовестность также подвергается сомнению: говорят, что он работал только с одним информантом и не ездил к индейцам для проведения полевых исследований. И хотя последнее вроде бы неверно (по свидетельству его коллег), но тень подозрения накрывает и Уорфа, и примеры, и даже саму гипотезу лингвистической относительности. Именно поэтому уже в XXI веке, возвращаясь к связи языка и мышления, ученые часто избегают упоминания Уорфа и его гипотезы. Та же Лера Бородицки, внимательно относящаяся к приоритету в науке и следящая за наличием ссылок на ее работы, очень редко вспоминает великих предшественников — Сепира и Уорфа — и в популярных работах практически не ссылается на них. Еще одна горячая дискуссия связана с цветом. Среди основных цветов в русском языке присутствуют синий и голубой, а, например, в английском им соответствует только один основной цвет, называемый по-английски blue. Конечно, англичане легко переведут русские слова на родной язык, добавив прилагательные со значением «светлый» или «темный», но это уже получатся двусловные сочетания. А вот нам трудно правильно перевести соответствующее английское слово, если контекст или ситуация не проясняют, какой именно — синий или голубой — цвет имелся в виду. Короче говоря, мы видим два основных цвета там, где англичане видят один, и различать их помогает нам родной язык. Правда, и этот пример не так прост, как кажется. Ведь если четко поставить перед англичанином задачу различать два оттенка цвета, он сделает это не хуже нашего, и прямые эксперименты действительно не подтверждают нашего преимущества. Надо признать, что обсуждение отношений между языком и мышлением сегодня вышло на новый уровень. В 50-х годах прошлого века, когда интерес к гипотезе был необычайно велик, постоянно возникали споры о том, что может считаться ее доказательством. Одно из остроумных предложений состояло в том, что надо просто представителей разных культур и языков отправить на Луну, а дальше сравнить их отчеты, написанные на разных языках (но по строгой схеме, естественно). Решающим аргументом будет тождество или различие информации в этих отчетах. Увидят ли Луну одинаково исследователи, говорящие на разных языках, — вот в чем вопрос. У этого остроумного и оригинального подхода есть, пожалуй, только один недостаток: он неосуществим. Синдром болтушки В научном мире влиятельны и противники гипотезы о связи языка и мышления. В частности, известный американский психолингвист Стивен Пинкер, профессор Гарвардского университета, считает, что язык является одним из человеческих инстинктов. Научно-популярный бестселлер Стивена Пинкера так и называется — The Language Instinct. В подтверждение своей правоты Пинкер приводит аргументы двух типов. Первый — примеры людей с различными умственными расстройствами, но сохраняющих правильную и даже богатую речь. Так, умственно отсталая девочка Дениз (родившаяся с заболеванием позвоночника, часто приводящим к гидроцефалии) не умела ни читать, ни писать, не была способна пользоваться деньгами, ей было трудно в современном обществе. Однако она изящно рассказывала о своей полностью придуманной жизни: свадьбе сестры, каникулах в Шотландии, проблемах с банкирами и пр. Это явление часто называют «синдромом болтушки». Второй тип аргументов Пинкера состоит, наоборот, в указании на людей с высоким интеллектом, которые испытывают проблемы с речью. Эти трудности могут быть вызваны различными травмами, а могут быть врожденными, возможно, даже передаваемыми по наследству. Лингвисты изучали целые семьи, где одни и те же расстройства речи наблюдались в разных поколениях. Сколько камешков в кучке? Сегодня связь языка и мышления изучается не умозрительно, как в прошлом веке. Изменилось все. Во-первых, появились новые данные: привлечен материал очень необычных языков, подробно описанных сравнительно недавно. Во-вторых, во главу угла ставится эксперимент. Причем эксперимент стал гораздо изощреннее, а технологии его проведения принципиально изменились. Приборы стали намного точнее, что позволяет фиксировать даже чрезвычайно быстрые реакции и почти незаметные паузы. В-третьих, изменилась сама цель исследований. Но давайте по порядку. В Амазонии затерялся небольшой индейский народ пираха. Живут они в Бразилии на реке Маиси, притоке Амазонки. Их всего около 300 человек, и другие языки при таком количестве носителей, как правило, близки к вымиранию. Но только не язык пираха. Этот маленький народ почти не поддается ассимиляции. Пираха практически не говорят на португальском, государственном языке Бразилии, и сохраняют свой образ жизни — охотников и собирателей. Самое же главное, что дети пираха говорят на своем родном языке, и это позволяет утверждать его полноценность. В языке пираха нет многих вещей, которые есть во всех известных языках: терминов родства, цветообозначений, сложных предложений и числительных. Вот, например, числительные. В языке пираха есть всего два слова, которые, по-видимому, можно перевести, как «много» и «мало». Естественно, что индейцы не умеют считать. Они, правда, могут сказать, что в двух кучках одинаковое количество камней, но посчитать камни они уже не могут. И если кучу убрать со стола, то восстановить точное количество камней у них не получится. Более того, индейцы сопротивлялись обучению счету, утверждая, что это им не нужно. Итак, налицо связь между языком и мышлением: нет числительных в языке и нет чисел в культуре, а также отсутствует важнейшая когнитивная способность человека — умение считать. Это, правда, не означает триумфа гипотезы лингвистической относительности. Ведь нельзя точно утверждать, что это именно язык так влияет на мышление пираха, что они оказываются неспособны к счету. Возможен и другой взгляд. Условия жизни и быт пираха не требовали от них умения считать. Соответственно у них не развилась данная когнитивная способность, а в языке не появились числительные. Иначе говоря, не язык повлиял на мышление, а образ жизни повлиял одновременно на язык и мышление. За последние десятилетия произошли и другие языковые открытия. Важен, однако, не только новый языковой материал, но и возможность проведения экспериментов с носителями разных языков. Особенно много экспериментов (в США, Китае и других странах) касается восприятия разных цветов. В результате многочисленных экспериментов установлено, что язык помогает различать цвета. Если в языке существует специальное слово для обозначения какой-то части спектра, то распознавание соответствующего цвета у носителей этого языка происходит быстрее, чем у тех, в чьем языке такого слова нет. Один из последних и самых убедительных экспериментов проводился группой исследователей из Университета Гонконга. В этом эксперименте родным языком участников был мандаринский диалект китайского языка. Им было предъявлено шесть цветов, для трех из которых в их языке были специальные слова, а для трех других — нет. При этом их мозг сканировали с помощью магнитно-резонансной томографии. Поставленная перед испытуемыми задача была проста: на экране на долю секунды им показывали два квадрата, они же должны были нажать на одну из двух кнопок в зависимости от того, одного ли цвета были квадраты или нет. То есть это было чистое визуально-моторное упражнение. Тем не менее МРТ показала, что при виде цветов, для которых в языке есть простое наименование, в мозгу испытуемых активировались области мозга, отвечающие за язык. Таким образом была доказана связь между языком и еще одной когнитивной способностью человека — распознаванием цвета. Тут может возникнуть легкое искушение возгордиться: раз в русском языке, как мы отметили ранее, больше названий для основных цветов, чем в английском, значит, у нас лучше соответствующие когнитивные способности. Однако богатство языка — вещь относительная. Нехватка в одном месте компенсируется избытком в другом. Скажем, те же англичане там, где мы «видим» целую руку, различают hand (кисть) и arm (рука от кисти до плеча). И поди определи, у кого из нас лучше когнитивные способности. И новый языковой материал, и новые эксперименты позволили совершенно иначе подойти к самой проблеме связи языка и мышления. Доказательство гипотезы лингвистической относительности, по существу, снято с повестки дня. Сегодня речь не идет о мышлении вообще — это слишком сложный и неопределенный феномен, и именно экспериментальная проверка его взаимоотношения с языком ставится во главу угла. Выделяются отдельные когнитивные способности, и именно их взаимоотношения с языком проверяются экспериментально. Носителям разных языков предлагается решение разнообразнейших задач, и выясняется, что язык все же в той или иной степени влияет на способность их решать. Причем преимущество может оказаться как у представителей более мощной, так и более слабой цивилизации: важна не развитость цивилизации, а структура языка и его лексика. Источник: «Вокруг света»
Как найти идеи
Люди, способные придумать что-то революционное, вдохновляют и ценятся в обществе. Идеи некоторых удивляют, на протяжении всей жизни они способны рождать и «выхаживать» их, будто маленьких детей. Откуда люди берут идеи в таких количествах? Как реализуют, если никаких алгоритмов нет? Попробую рассказать. Забудьте о рациональности. Идея — лишь ядро вашего успеха. Она может быть безумной формы, идеальной вы её сделаете при реализации. Такие качества как полезность, интересность и важность не появятся, пока вы банально не научитесь думать, записывать и представлять. Кто-то попадает в цель с первого раза, кому-то для этого приходится пережить годы неудач и раздумий. Для этого я почти всегда веду блокнот, записывая туда все, что приходит в голову. Я не думаю над тем, что писать. Если у меня нет мыслей, я пишу: «Мыслей нет, это грустно. А мужик на соседнем сидении подозрительно смотрит в блокнот…». Перечитав это со свежей головой, можно найти что-то интересное для реализации. Бойтесь однообразия. Я часто встречал людей, которых пугают перемены. Начав жить в колее, сложно найти силы на придумывание чего-то принципиально нового. Понятно, что кардинально менять что-то сложно, страшно и не всегда нужно, но без новых ощущений не воспринять мир иначе. Интегрируйте себя в разные сферы деятельности. Разрушайте рамки и стройте их заново, меняя себя. Если работали — отдыхайте, если отдыхали — работайте. Выбросьте книги, если много читаете. Возьмите с полки, если не брали давно. Это будет лучшим опытом. Не бойтесь эмоциональных потрясений. Миром движет грусть. Один из самых популярных проектов я придумал накануне экзаменов, когда переживал из-за сроков. Значительно увеличил навык написания текстов из-за проблем с учебой и личной жизнью. В такие моменты творчество спасает, как бы пошло это не звучало. Плохое настроение будет лишь бонусом. Не пользуйтесь популярными способами вдохновляться. Не слушайте советы по типу «Больше читайте!» или «Смотрите шедевры кинематографа!». Учитесь черпать информацию из своей головы, сокращая поступления из внешних источников. Забудьте Сартра и Ницше, Селинджера и Оруэлла. Бодрийяр, а не Айн Рэнд. Игорь Антоновский, а не Мариам Петросян. Если читаете, какой смысл читать культовую литературу? Если смотрите фильмы, зачем смотреть популярных режиссёров? Их перечитали и пересмотрели почти все, нет смысла делать так же. Сортируйте окружение. Собирайте вокруг себя идейных людей, с которыми вы не боитесь поделиться мыслями. В свои четырнадцать я боялся рассказать друзьям о том, чем хочу заниматься. А вдруг засмеют? С горем пополам я решился, и уже в шестнадцать вокруг меня были совершенно другие люди, поддерживающие и помогающие. Теперь у меня нет боязни рассказать о какой-то идее и обсудить её, чтобы получить одобрение и начать. С одним из таких знакомых мы придумали арт-проект, который во многом поменял меня и мою жизнь. Одной ночью мы решились на мозговой штурм и придумали концепцию, которая разрослась до огромного арт-проекта. Людям нужен тот, кто скажет: «Это круто, сделай!» Поэтому берите и делайте.
Анна Ахматова. «Август»
Он и праведный, и лукавый, И всех месяцев он страшней: В каждом августе, Боже правый, Столько праздников и смертей. Разрешенье вина и елея... Спас, Успение... Звездный свод!.. Вниз уводит, как та аллея, Где остаток зари алеет, В беспредельный туман и лед Вверх, как лестница, он ведет. Притворялся лесом волшебным, Но своих он лишился чар. Был надежды «напитком целебным» В тишине заполярных нар... *** А теперь! Ты, новое горе, Душишь грудь мою, как удав... И грохочет Черное море, Изголовье мое разыскав. 1957 Анна Андреевна Ахматова очень не любила август. Она боялась его и считала этот месяц для себя несчастливым. Имела к этому все основания, поскольку в августе был расстрелян Гумилев, в августе был арестован ее сын Лев, в августе вышло известное постановление о журнале «Звезда» и «Ленинград» и т.д. 25 августа 1915 года умер отец Анны Андреевны. 7 августа 1921 года умер Блок. В 1924 году в день панихиды по Блоку в Ленинграде началось наводнение. 26 августа 1949 года был арестован Н.Н. Пунин, гражданский муж Ахматовой. 21 августа 1953 года Николай Николаевич умер в воркутинском лагере (поселок Абезь). В августе 1962 года Анна Андреевна была выдвинута на Нобелевскую премию. Сразу отмахнется от призрачной надежды — август. Премия будет присуждена другому поэту.
Забавный ролик про валюту будущего
Этот развлекательный ролик был создан командой Cameralla из Австралии. Он показывает параллели между золотом или серебром в 6 веке до н.э. и криптовалютой в современном мире.
Простые истины Элберта Грина Хаббарда
Элберт Грин Хаббард (1856–1915) — американский писатель, философ, издатель и бизнесмен. Многие его изречения и цитаты, несмотря на кажущуюся простоту, стали крылатыми и содержатся в многочисленных сборниках афоризмов. * * * Если вам нечем ответить своему оппоненту, не все потеряно: вы можете сказать ему, что вы о нем думаете. Худшая ошибка, которую можно совершить в жизни, — все время бояться совершить ошибку. Хочешь избежать критики — ничего не делай, ничего не говори и будь никем. Истинное одиночество — это присутствие человека, который тебя не понимает. Никогда не оправдывайся. Твоим друзьям это не нужно, а враги все равно не поверят. Каждый из нас бывает дураком по крайней мере пять минут в день; мудрость заключается в том, чтобы не превысить лимит. Каждый должен получить образование в колледже, чтобы понимать, как мало оно на самом деле значит. Есть три необходимые привычки, которые при любых условиях сделают доступными любую вещь, какую только может вообразить человек: привычка к труду, привычка к здоровью, привычка к учению. Если вы обладаете этими привычками и вас любит женщина, у которой тоже есть эти привычки, вы будете счастливы ныне и всегда, она будет счастлива тоже. Получайте счастье от своей работы — или вы рискуете никогда не узнать, что такое счастье. Мужчина ведёт себя настолько хорошо, насколько этого от него требуют, а женщина — настолько плохо, насколько ей хватает отваги. Не теряйте веры в человечество: думайте о всех тех, кто не сделал вам ни одной подлости. Что бы там ни было, никогда не принимайте жизнь слишком всерьёз: нам из нее живыми всё равно не выбраться.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
